Memory Fractals

1/4

Как соприкоснуться с историей собственной семьи? 

Рассказы родственников наполнены призраками, людьми, которые исчезли… “жизнь была такая”/арестовали/через 20 лет реабилитировали вместе со справкой о смерти…

И не повод это узнать, где похоронен, в каком лагере был… понятно, что несправедливо раскулачили… но родину все равно защищать нужно…

…а бабушка была в прабабушку – ярая коммунистка, боролась с пережитками прошлого – остатками невежественной религиозности…

Помимо бесспорного влияния эбриогенеза и ранних стадий развития на формирование телесных паттернов, наше тело становится контейнером/архивом совершенных рутин и практик когда-либо испытанных… нами, нашими родителями, их родителями….

Тема культурного забвения, слепых зон в коллективной памяти, тенденции “забыть и жить дальше” связалась у меня с буквальной телесной незаземленностью, неуверенностью жеста, прокрастинацией действия. Метафора прерывающейся истории как “земли уходящей из под ног”, невозможности соединиться с культурной памятью людей которые жили там же где живу я, стала ракурсом текущей художественной практики. 

Обращаясь к телу, как архиву телесных практик и контейнеру культурной памяти, фрактально упорядоченному феномену, развивающемуся в/не зависимости он нашей воли, мы совершаем попытку выйти за пределы научной парадигмы восприятия мира и позволить своему иррациональному воображать прошлое и вспоминать будущее.

How can one get in touch with own family history?

The stories of relatives are full of ghosts, people who disappeared... 

“back than the life was like this… arrested… rehabilitated 20 years later, along with a death certificate… how come this is not sufficient to question where s/he’s buried, in which camp s/he was imprisoned… of course s/he was unjustly repressed… but one should serve and protect Homeland anyway… …and grandmother was just like her mother – an ardent communist – fought against the remnants of the past, the remnants of ignorant religiosity…”

The influence of embryonic and early stages of child development on the formation of body patterns is undisputed, but our body is also a container/archive of previous routines and practices that have been experienced by us or by our parents, their parents etc.

For me, cultural amnesia, blind zones of collective and personal memory, the tendency “to forget and live on” are connected with the feeling of being ungrounded, with uncertainty of gesture, the procrastination of action. The metaphor of interrupted history, when you “loose ground” and it is impossible to connect to cultural memory of people who lived where I live, is the topic of this artistic practice. 

With our body as an archive of bodily practices and a container of cultural memory, as a fractally ordered phenomenon evolving in/outside of our will, we attempt to go beyond the scientific paradigm of perception and allow our irrational self to imagine the past and recall the future.

The project existed in two formats: open laboratory and solo performance 

premiered at SDVIG performance art studio, St.Petersburg

camera Ekaterina Shelganova